8d5b5172

Каплан Виталий - Полоса Невезения



Виталий Каплан
Алексей Соколов
ПОЛОСА НЕВЕЗЕНИЯ
Пролог.
Просто так кирпич на голову не падает. Я узнал об этом в третьем классе и страшно гордился своей причастностью. Тупые одноклассники, читавшие одну лишь “Родную речь”, разумеется, верили во всякие там “вдруг” и “авось”.

Я же хранил загадочную улыбку – правда, мало кто ее замечал.
Сейчас в улыбке моей не было ничего загадочного. А вот ощерившегося вампира я очень даже напоминал. Липкие дорожки крови на заросших щеках, встрепанные волосы...

Возможно, в лунном свете глаза отливают красным. Правда, здесь, в грузовике, зеркала почему-то не было...
Нам не стали завязывать глаза. Сквозь плотные борта не пробиться даже лучику, да и фиксируй мы все дорожные повороты, что толку?
Значит, правда. Но ведь хочется усомниться, хочется... И хотя ситуация ясна как на ладони, где линии отнюдь не рифмуются с инеем...

Утешусь прикладной философией – все остальное еще хуже.
Трясло изрядно. Грузовик, несомненно, стар. Прямой потомок динозавров... Ну, или мамонтов... взяли какой не жалко. Дело известное – после акции его загонят в кювет, пробьют бензобак...

Пять минут геены огненной – и все кончено, господа криминалисты отдыхают.
Впрочем, они и так не станут беспокоиться. Не вчера же родились, понимают – “Струна”.
Это будет как в боевиках с ядовитыми обложками? Выведут в чисто поле, поставят мордой к стенке, пустят пулю в затылок? Или “Струна” на выдумку хитра? Люди шептались о всяком. И где тут фольклор, где крупица истины...

В темноте не разобрать.
Я сам себе удивлялся. Будто не меня везут лунной ночью в древнем грузовике – убивать. Будто я расположился на диване, укутался зеленым пледом, прихлебываю чай с лимоном – и читаю новый роман фантаста Зарова.
Да, понятно, защитная реакция, мозг ставит фильтры. И словно не было подвала с засиженной мухами лампочкой, лохани с вонючей жижей, а в завершении – Высокого Суда в Мраморном зале. Неужели ирония – это единственное, что из меня не смогли вышибить?
Грузовик вновь дернулся, надсадно взревел раненым буйволом – и вдруг затих. Мелко-мелко затрясся, выдохнул из себя остатки жизни. Приехали, надо полагать.
Товарищи мои по несчастью никак не комментировали прибытие. Да и не стоило загрязнять оставшиеся минуты словами. И так уж их было сказано с избытком.
Пару минут ничего не происходило. Потом коротко лязгнули дверцы.
– Ну-ну, глиняные! Засиделись? – послышался хриплый, ломающийся басок. – Выходить строго по одному, руки за голову...
Никогда в жизни не пробовал вылезать из кузова с руками на затылке. Очень неудобно.
Естественно, подножки я не нащупал и смачно шлепнулся в грязь – с полутораметровой высоты. Умудрился же водила причалить прямо в необъятную лужу...
Понежиться мне, ясное дело, не дали. Коротко, без замаха, пнули под ребра – и пришлось, кряхтя, подниматься. За не сцепленные на затылке руки я тут же заработал второй гостинец. И как-то очень быстро понял, что умирать надо с максимально возможным комфортом.

Это значит – не рыпаться и выполнять команды быстро и точно.
Да в самом деле, перед кем тут вставать в гордую позу? Затянутым в черное ребятишкам такое не впервой. Время Мраморного зала, время торжественных слов кончилось.
Мы стояли коротенькой строчкой-шеренгой, лицом к выщербленному шару луны, а они стояли напротив – гибкие черные тени, ноги слегка согнуты, точно готовые распрямиться пружины. Короткие, кажущиеся игрушечными автоматы направлены нам в животы, а вот лица совершенно не видны. Просто головы, затянутые то ли темными пл



Назад