8d5b5172

Каплан Виталий & Соколов Алексей - Полоса Невезения



Виталий Каплан
Алексей Соколов
ПОЛОСА НЕВЕЗЕНИЯ
Пролог.
Просто так кирпич на голову не падает. Я узнал об этом в третьем
классе и страшно гордился своей причастностью. Тупые одноклассники,
читавшие одну лишь "Родную речь", разумеется, верили во всякие там "вдруг"
и "авось". Я же хранил загадочную улыбку - правда, мало кто ее замечал.
Сейчас в улыбке моей не было ничего загадочного. А вот ощерившегося
вампира я очень даже напоминал. Липкие дорожки крови на заросших щеках,
встрепанные волосы... Возможно, в лунном свете глаза отливают красным.
Правда, здесь, в грузовике, зеркала почему-то не было...
Нам не стали завязывать глаза. Сквозь плотные борта не пробиться даже
лучику, да и фиксируй мы все дорожные повороты, что толку?
Значит, правда. Но ведь хочется усомниться, хочется... И хотя ситуация
ясна как на ладони, где линии отнюдь не рифмуются с инеем... Утешусь
прикладной философией - все остальное еще хуже.
Трясло изрядно. Грузовик, несомненно, стар. Прямой потомок
динозавров... Ну, или мамонтов... взяли какой не жалко. Дело известное -
после акции его загонят в кювет, пробьют бензобак... Пять минут геены
огненной - и все кончено, господа криминалисты отдыхают.
Впрочем, они и так не станут беспокоиться. Не вчера же родились,
понимают - "Струна".
Это будет как в боевиках с ядовитыми обложками? Выведут в чисто поле,
поставят мордой к стенке, пустят пулю в затылок? Или "Струна" на выдумку
хитра? Люди шептались о всяком. И где тут фольклор, где крупица истины... В
темноте не разобрать.
Я сам себе удивлялся. Будто не меня везут лунной ночью в древнем
грузовике - убивать. Будто я расположился на диване, укутался зеленым
пледом, прихлебываю чай с лимоном - и читаю новый роман фантаста Зарова.
Да, понятно, защитная реакция, мозг ставит фильтры. И словно не было
подвала с засиженной мухами лампочкой, лохани с вонючей жижей, а в
завершении - Высокого Суда в Мраморном зале. Неужели ирония - это
единственное, что из меня не смогли вышибить?
Грузовик вновь дернулся, надсадно взревел раненым буйволом - и вдруг
затих. Мелко-мелко затрясся, выдохнул из себя остатки жизни. Приехали, надо
полагать.
Товарищи мои по несчастью никак не комментировали прибытие. Да и не
стоило загрязнять оставшиеся минуты словами. И так уж их было сказано с
избытком.
Пару минут ничего не происходило. Потом коротко лязгнули дверцы.
- Ну-ну, глиняные! Засиделись? - послышался хриплый, ломающийся басок.
- Выходить строго по одному, руки за голову...
Никогда в жизни не пробовал вылезать из кузова с руками на затылке.
Очень неудобно.
Естественно, подножки я не нащупал и смачно шлепнулся в грязь - с
полутораметровой высоты. Умудрился же водила причалить прямо в необъятную
лужу...
Понежиться мне, ясное дело, не дали. Коротко, без замаха, пнули под
ребра - и пришлось, кряхтя, подниматься. За не сцепленные на затылке руки я
тут же заработал второй гостинец. И как-то очень быстро понял, что умирать
надо с максимально возможным комфортом. Это значит - не рыпаться и
выполнять команды быстро и точно.
Да в самом деле, перед кем тут вставать в гордую позу? Затянутым в
черное ребятишкам такое не впервой. Время Мраморного зала, время
торжественных слов кончилось.
Мы стояли коротенькой строчкой-шеренгой, лицом к выщербленному шару
луны, а они стояли напротив - гибкие черные тени, ноги слегка согнуты,
точно готовые распрямиться пружины. Короткие, кажущиеся игрушечными
автоматы направлены нам в животы, а вот лица совершенно не видны. Про



Назад