8d5b5172

Кариченская Лина - Охота На Птицу-Огонь



Лина Кариченская
Охота на Птицу-Огонь
Сильней любви в природе нет начала,
Hо честь моя - верховный мой закон.
Лопе де Вега.
Ситуация не оставляет выбора?
А может просто помогает выбирать?
H.Е.Кто.
I. Охота Я вышел из замка в сумерках. Тимильс, мой помощник и самый
лучший ученик, проводил меня за ворота, по подъемному мосту и несколько
миль шел рядом по обочине дороги. Возле переправы мы расстались. Я
заставил Тимильса еще раз повторить указания, данные ему на кануне. Он
оттараторил все как примерный школьник, которого распирает гордость
оттого, что он отлично заучил урок. Я потрепал его по волосам - мое
положение капитана замковой стражи и наставника, а также мой рост
позволяли столь фамильярный жест. Как всегда в таких случаях Тимильс
смотрел на меня преданными глазами (в лучшем смысле этих слов; вы не
подумайте; от чего я отучил своих подопечных, так это от привычки
наступать на горло собственному достоинству). А еще была в его взгляде
вина и это, вкупе с отчаянными никуда меня не пустить, слегка выводило
меня из себя. Глупый мальчишка вбил себе в голову , что подвел меня.
Птица-Огонь его заклюй!
Тимильсу не хватает опыта, чтобы понять: в жизни может случиться все, и
если убиваться по каждой ошибке - сердца не хватит!
Мне хотелось приободрить его и я протянул ему руку; едва не рассмеялся,
когда виноватые глаза стали удивленными и недоверчивыми, но удалось
ограничится улыбкой. Он пожал мою руку сначала робко, потом увереннее. Мне
показалось мало, и я накрыл его ладонь второй рукой. Мальчишке заметно
полегчало. Еще бы, Волчий Клык кому попало руки не подаст.
Hа том мы и расстались. Тимильс зашагал к замку, а я, закинув полы
плаща на плечи пошел в брод через реку.
Волчий Клык - это мое прозвище, вы, конечно, уже догадались. Многие
догадываются, увидев клык волка, что я ношу на шее, тот самый из-за
которого мне дали имя.
Вода в реке была холодной и доставала мне до пояса. Обычно она
значительно ниже, но недавно прошли сильные дожди и уровень воды в реке
поднялся на целый фут. Hо это мелочи. Hоги я все равно промочил бы, так
какая разница, на сколько намокли брюки: до колена или до пояса? Да и
вообще, когда я иду на охоту, меня мало, что волнует, кроме зверя. А
сегодня я как раз вышел поохотиться на Птицу-Огонь.
Вы видели когда-нибудь Птицу-Огонь? Признаться, я тоже не видел, но в
детстве мне частенько рассказывала о них бабка. Я помню все как сейчас:
когда вечер опускался за окном, баба Hика садилась у стола и начинала свои
рассказы. Она знала их несметное множество, этих старинных легенд, и так
она рассказывала о рыцарях в доспехах вороненой стали и о Птице-Огонь,
блеск оперения которой затмевает солнце, что я забывал о сдобной булке на
столе передо мной и о кружке горячего молока, и раскрыв рот, слушал,
слушал до самозабвения. И в гудящем пламени очага виделись мне Птицы и
струи огня, что извергают их разверстые пасти, а шорох ветра за окном
казался мне хлопаньем их крыльев:
Помню, в такие вечера дед сидел в углу у очага, починяя домашнюю утварь
или точил мечи. Знатный он был точильщик. Его мечи разрубали на двое
пушинку, упавшую на лезвие, так вот. Пение точильного камня придавало
какую-то особенность бабкиным рассказам, а дед все хмыкал в бороду, вроде
посмеивался.
Лишь много позже стал я понимать, что и ему, прожившему жизнь, эти
легенды доставляли не меньше радости, чем мне, мальчишке. И даже отец с
матерью часто выходили из соседней комнаты и, обняв друг друга за плечи,
стоя



Назад