8d5b5172

Карпов Владимир - Взять Живым



Владимир Карпов.
Взять живым
Наконец-то Василий Ромашкин ехал на фронт.
Сколько препятствий было на его пути! И как вообще все обернулось
неожиданно.
Только закончились экзамены в школе. После выпускного вечера ребята
долго ходили по улицам, ночные лампочки отражались на асфальте, как в темной
воде. Шурик говорил, что пойдет учиться в строительный, Ася - в медицинский,
Витька, школьный поэт, конечно же, на филфак. А сам Василий собирался в
авиационное училище.
Но в эти часы обстоятельства, или, как прежде говорили, судьба, уже все
решили за них, распорядились совсем иначе. Мальчишки провожали девчат домой,
целовались тайком за деревьями. А в городах на западной границе их
сверстники уже сражались с врагом, а некоторые были погребены под
развалинами школ и домов, разрушенных фашистскими самолетами.
Едва узнав, что началась война, Василий побежал в военкомат, не позвал
даже ребят из своего класса - вдруг не всех будут брать.
- Иди отсюда и не мешай работать. Подрастешь - сами вызовем, - сказал
ему хмурый капитан.
Но Василий был уверен: все будет кончено гораздо раньше - месяца через
два, от силы три Красная Армия разобьет фашистов, а рабочие в Германии
совершат революцию.
Во дворе военкомата, как на толкучке, полно народу
- женщины, мужчины, дети стояли группами, ходили туда-сюда. Под
открытым небом накурено, как в помещении.
Праздничная взволнованность Василия была омрачена обидой - его-то не
берут. Вокруг плакали женщины и даже пожилые мужчины, и его это раздражало -
чего они плачут? У одной тетушки слезы сочились будто из всего лица: из
помятой коричневой кожи вокруг глаз, из покрасневшего рыхлого носа, из
влажных обмякших губ, из дряблых щек.
- Господи, беда-то какая, горе-то какое, - повторяла она монотонно.
Василий не выдержал. Его просто возмущала непонятливость этой женщины,
и он сказал ей с веселым укором:
- Ну в чем беда! Они скоро станут орденоносцами, Героями!..
Женщина перевела на Василия мокрые глаза, улыбнулась раскисшими губами,
сказала влажным, хлюпающим голосом:
- Ах ты несмышленыш!.. Большой вымахал верблюжонок, а умишко детский.
Конечно, Василий не стал ждать, пока исполнится восемнадцать. Он
написал заявление в военкомат, в райком комсомола, бегая по военным
учреждениям и наконец добился - взяли на курсы младших лейтенантов при
военном училище.
Когда научился, в армию призвали отца. По слухам, отец должен был около
месяца оставаться здесь же, в Оренбурге. Но через неделю на курсы прибежала
мама и запалено выдохнула:
- Папу отправляют... Я на вокзал. Приезжай скорее.
Ромашкин был в ротном наряде, пока отпросился, пока нашли замену...
Примчался на вокзал, а там на пустом перроне стояла одна заплаканная мама -
эшелон ушел. Так он и не увидел перед отъездом отца. Утешал мать и себя:
- Скоро догоню его. Там встретимся.
На курсах Василию повезло дважды. Во-первых, выпуск состоялся на два
месяца раньше - на фронте были нужны командиры, даже праздника не стали
ждать, выпустили первого ноября. И, во-вторых, Ромашкину сразу присвоили
звание лейтенанта - в порядке поощрения, как отличнику из отличников.
При распределении его, как лучшего выпускника, по старой, довоенной
традиции спросили:
- Где желаете служить?
- На фронте под Москвой, - не задумываясь ответил Ромашкин.
- Хотите на главное направление, защищать столицу?
- Хочу, - сказал Ромашкин и добавил: - Отец мой там воюет, - Василий
тут же смутился: подумают - стремится под отцовское крылышко, будто он
большой нача



Назад